Писатель Михаил Боков переехал в Берлин вместе с женой и 4-летней дочкой Ксенией. Специально для «» он пишет об особенностях жизни в Германии с маленьким ребенком.
<script async defer src="//www.instagram.com/embed.js"></script>
Спать в «тихий час» необязательно
– А что она любит? А не любит? А будет ли она спать днем?
Перед первым походом Ксении в немецкий детский сад воспитатели спрашивают нас о дочери. Они хотят знать все: в какие игрушки играет девочка, как мы называем ее дома, какие цвета ей по душе, что она любит есть. Они записывают все на разлинованных листах – и так получается маленькое досье на Ксению. «Важна любая мелочь», – резюмируют они.
Ксения приехала из Москвы. Она пока не знает немецкого языка. Но ей предстоит прийти в группу, где все дети говорят только на нем.
С воспитателями мы договариваемся так: первую неделю мы водим Ксюху в сад по утрам – на 2-3 часа до обеда. Один из родителей всегда сидит с ней, чтобы девочке не было одиноко. На второй неделе мы оставляем ее в группе, а сами ждем внизу, в холле. Если Ксении станет грустно или она заплачет, нас позовут. На третьей неделе… «Если все будет хорошо, на третьей неделе можно будет ее оставить», – напутствуют нас.
Группа Ксении – на третьем (и последнем) этаже детского сада. Сад – муниципальный, университетский: сюда ходят дети аспирантов и сотрудников Свободного Университета Берлина, где учится моя жена. Группа Ксении называется «Звездочки».
На том же этаже еще две группы – «Солнышки» и «Зайчики». Все они перемешаны между собой. Дети вместе играют, гуляют и едят. Они расходятся по отдельным комнатам только на утренние собрания. Их называют здесь «утренний круг»: группа садится в кружок, смотрит календарь, учится определять по часам время и дату, поет песенки и читает стишки.
В одну группу ходят дети разного возраста – от 3 до 6 лет. Так устроены большинство детских садов в Берлине. Считается, что это полезно для социализации ребенка: младшие смотрят на старших и учатся, старшие рядом с малышами понимают, что значит ответственность. Потом старшие идут в школу, а группа наполняется новыми детьми. Привычного нам детсадовского выпускного, когда все сразу идут в первый класс, здесь нет.
На этаже – четыре игровые комнаты, которые выходят в общий зал. В первой – конструкторы и игрушки, во второй – мастерская, в третьей – спортивный зал с матами, шведской стенкой и батутом, а четвертая из игровой быстро трансформируется в спальню.
В отличие от русских детских садов, дети спят на матрацах, которые потом складывают и убирают на полки.
Дневной сон – по желанию, и это обговаривается с родителями. Дети, которые не спят днем, идут в соседнюю комнату слушать сказку. Или можно играть, но – тихо, чтобы не будить остальных.
Первые три месяца Ксения будет спать, а потом воспитатели сами скажут нам: «Может, ей лучше без сна? Потому что спать она не хочет, зато демонстративно ворочается, вздыхает и бегает в туалет. Из-за этого не может заснуть ее соседка по матрацу, Элиза».
Выставка насекомых и прогулки на крыше
За всеми группами на этаже наблюдают восемь-девять воспитателей. По двое формально отвечают за каждую группу: они ведут с ними «утренние круги», а в остальное время, если нет групповых прогулок или физкультуры, находятся вместе – общаются и смотрят за всеми детьми сразу. Еще двое (или трое) постоянно находятся в мастерской или общем зале.
Их возраст тоже разный, но больше молодых – 30-40 лет. С самого начала Ксения выберет себе воспитателей по душе, с которыми будет проводить больше всего времени. Ее любимчики – девушка Лея с татуировками и пирсингом, а также веселый афроамериканец по имени Осман.
Лея рисует детям единорогов, роботов и сердечки, а Осман научил девочек слову «мадемуазель». «Здравствуйте, мадемуазель!» – приветствует он их по утрам. Девочки хохочут. У Ксении теперь все вокруг «мадемуазели»: ее любимая кукла, ее плюшевый медведь и даже утренняя какашка – тоже мадемуазель.
Как и положено любому детскому саду, наш – шумит, кричит и карнавалит.
На первом этаже – выставка детских художественных работ, самая позитивная выставка на свете. Она называется «Вши и гниды»: дети рисуют радостных человечков, у которых в волосах пляшут радостные вши.
На втором – выставка насекомых: в баночке живут тараканы, и их можно покормить хлебными крошками. На крыше – терраса с шезлонгами и песочницей: когда погода солнечная, дети иногда играют и загорают там вместо прогулки на площадке.
Завтрак и полдник — шведский стол
В один из первых дней в детском саду у Ксении случается день рождения. На утренний круг воспитатели приносят «деньрожденческий стул». Он обвит блестящей фольгой, а сзади — ангельские крылышки из папье-маше. Вся группа поет Ксении песню: «Zum Geburtstag viel Glück!» – «С днем рождения тебя!» Специально для именинницы воспитатели выучили русские слова «Привет-Спасибо» – и теперь радостно этим щеголяют. На обед будут давать макароны с соусом из шпината.
Завтраки – шведский стол: молоко, хлопья, печенье. Тарелки с завтраком убирают в 10 утра: до этого времени ты можешь подходить к ним и есть – хоть несколько раз, или не есть совсем. Обязаловка в еде отсутствует.
На обед дают первое-второе, разбавленный водой сок. В меню много рыбы, чечевицы, бобов и еще – неострых соусов, которыми поливают блюда.
Ксения не привыкла к соусам, не любит рыбу: первые дни она с осторожностью ела просто гарнир и хлеб. Но воспитатели не сдавались: предлагали положить в тарелку рыбы «чуть-чуть, чтобы попробовать» или полить гарнир соусом из шпината – «тоже чуть-чуть». И сегодня Ксения ест все (хотя ее любимое блюдо – по-прежнему – макароны).
Свою еду приносить в сад не принято. Но умереть с голоду не получится. Обедать заканчивают в начале второго дня, а уже в 15.00 накрывают столы для полдника: фрукты, овощи, бутерброды с сыром. Полдник тоже по принципу шведского стола: подходишь и берешь то, что хочешь.
Удивительно, но при всей свободе нравов в стенах детского сада царят мир и спокойствие. Никто не умер от голода, потому что не съел свой обед. Никто не стоит в углу, если не хочет спать в тихий час.
Иногда дети ссорятся и капризничают, и тогда воспитатели вмешиваются, и могут «включить строгий голос». Но кричать на ребенка – табу.
– Я тоже хочу в такой детский сад! – как-то вечером говорю я жене.
– К сожалению, перед тобой теперь только – дом престарелых, – отвечает она. – Но ты не волнуйся. Там почти то же самое, и тоже дают макароны.
Читайте также: Сколько платят Зубной фее в Германии.
